Соколов Андрей Анатольевич с 2023

Не собирался писать свое Эссе, но меня убедили слова члена Актива  и ветерана АХ ЦДУ, Королевой Татьяны Захаровны , которая высказала свою мысль в чате akademchor.ru Хор ЦДУ РАН  об Эссе: «Пазлы  судеб наших хористов сложатся в общую картину той эпохи, в которой мы жили и творили. Это как летопись нашего времени, которую будут  «изучать историки». Я также решил через биографию показать эпоху и людей, с которыми был знаком. Вот и написал свою летопись, хоть и несколько сумбурно, но с историческим охватом.

Мой прадед по матери — Корнилий Евдокимович Лось — был зажиточным крестьянином в селе Орепичи Брестского уезда. В его семье было трое сыновей: Тимофей, Степан, Глеб и три дочери: Анастасия, Анна и Марина.  Все получили высшее образование. Степан Корнилович был лесотехник и главный инженер Измайловского парка. Глеб Корнилович закончил два высших учебных заведения, был выдвинут в Брестском избирательном округе кандидатом в депутаты сейма от блока национальных меньшинств. Тимофей Корнилович работал директором гимназии в Бресте. Сохранился абзац, посвященный музыке,  из его автобиографии: «… Приезжая к своему отцу в село Орепичи на летние каникулы, а также на праздники Рождества Христова и Пасхи, устроил в селе Орепичи из девочек и мужчин хор, выучил их партесному пению и пел с ними в церкви в воскресенье и праздничные дни во время богослужений». Сейчас в Орепичах улицу, на которой стоит школа, назвали его именем, а в школе поставили его бюст.

Моя бабушка, дочь Корнилия Евдокимовича Лося, Анастасия Корниловна Лось во время Первой мировой войны была медсестрой. Далее окончила медицинский институт в Одессе и работала участковым врачом вначале на Украине, а потом в Москве в Измайлово.

В другой семье, со стороны отца, было три сына, талантливые в разных областях.Старший сын – Михаил Георгиевич Соколов — музыкант, профессор Московской консерватории. Он дружил с Игорем Владимировичем Ильинским, с которым они познакомились, гастролируя вместе по стране. «Они  в далекой юности ездили на гастроли, выступали: отец что-то читал, а Михаил Георгиевич аккомпанировал ему на рояле», — вспоминал сын Ильинского Владимир. Младший сын — Евгений Георгиевич Соколов — спортсмен, доцент Московского института физкультуры, кандидат наук. Писал книжки для детей по спортивной акробатике. Средний сын, мой отец, Анатолий Георгиевич Соколов — талантливый химик, учёный, изобретатель. Он с 16 лет работал, обеспечивая семью, и одновременно учился.

Мама — Лидия Артемовна — инженер, окончила авиационный институт. Я родился в Москве в 16 января 1953 году. Наша семья любила отдыхать вместе, путешествуя на машине, и во время поездок любили петь прямо на ходу. Дома у нас было пианино, и мама умела на нём немного играть.  Меня стали учить  музыке, но у пианино была треснута дека, и оно было настроено на тон ниже. У моего дяди Михаила Георгиевича Соколова, старшего брата отца, был абсолютный слух, и он сказал, что нельзя учить ребёнка на таком инструменте. Профессор консерватории, Михаил Георгиевич был для нас непререкаемым авторитетом. В общем, не стали меня учить музыке. Тогда были модными Битлз и все ребята хотели им подражать. Я даже сделал себе «рогатую» электрогитару из подручных материалов. Она даже издавала какие-то звуки. Родители послушали-послушали, и в результате мне купили обычную акустическую семиструнную гитару, которую, к удивлению родителей, я переделал на шестиструнную. Не зная нот, я себе аккомпанировал на гитаре бардовские песни.

Времени на занятия с преподавателем музыки не было, так как я поступил в математическую школу, а учёба там была очень напряжённая. В то время организатором математических школ в Москве был Николай Николаевич Константинов — один из умнейших людей того времени. Николай Николаевич хорошо пел, аккомпанируя себе на гитаре, и мы часто его слушали, собираясь компаниями в школе, у него дома или дома у моей сестры Галины Анатольевны. У Николая Николаевича дома был каменный бюст Христа работы Эрьзи Степана Дмитриевича, советского скульптора. О нем писали — «Степан Эрьзя — скульптор мира». Николай Николаевич нашёл эту скульптуру в подвале одного из домов, который собирались сносить. У Христа было страдающее выражение лица, оно было испещрено следами от пулек, которыми мальчишки в подвале его расстреливали из рогаток.

Наша семья жила на Измайловском острове в Москве с 1934 по 1969 гг. Тогда это место называлось городок имени Баумана. На самом деле это был искусственный остров, построенный в конце 17 века во времена царя Алексея Михайловича (Тишайшего). Там когда-то был деревянный дворец, копия такого же в Коломенском. На острове было много хозяйственных построек, которые, в отличие от дворца, были почему-то каменными. В одном из таких помещений мы и жили. Остров окружал пруд с поэтичным названием Серебряно-Виноградный. Место было красивое, располагающее к лирике. Отец много снимал маму на кинокамеру, на этих кадрах можно увидеть, как тогда жили люди, как одевались, как веселились, как выглядел городок им. Баумана. Я оцифровал кинопленку, подложил музыку и сделал небольшой клип. Кому интересно, может посмотреть тут:  https://clck.ru/3Ee7DZ.

Мне повезло с сёстрами. Родная сестра Ирина Анатольевна, кандидат биологических наук, работает в исследовательском отделе компании Эббот. Руководит отделом по разработке диагностикумов для определения рака по анализам.

Моя сводная сестра Галина Анатольевна была замечательным педагогом и учёным. Она − известный организатор биологических классов в Москве. В 57-й и 520-й школах, где были её биоклассы, часто устраивались поэтические вечера с чтением стихов и пением под гитару. Были также выезды на биологическую практику на  Белое море ББС МГУ и на собственно школьную биостанцию в селе Ковда на Белом море. Сейчас дело Галины Анатольевны продолжают её ученики в 179 московской школе. Летом на Белом море за Полярным кругом солнце не заходит, можно петь хоть всю ночь напролёт! Галя обладала музыкальным слухом и голосом, пела в детстве в хоре Локтева. Среди выпускников ее биокласса много выдающихся людей, таких как академик Сергей Лукьянов,  космонавт Сергей Рязанский, педагог и продолжатель дела Галины Анатольевны – Сергей Глаголев, директор Зоологического музея Михаил Калякин и даже звонарь Московского Кремля и храма Христа Спасителя Константин Мишуровский.

Моя двоюродная сестра Алёна (Соколова Елена Михайловна), дочь Михаила Георгиевича, преподавала в Московской консерватории. Алёна звала меня на концерты хороших исполнителей. Часто я проходил на концерты в консерваторию по ее служебному удостоверению. У неё самой был прекрасный, от природы поставленный  голос, и она пела в камерном хоре «Vivat», которым руководил замечательный хоровой дирижер Игорь  Андреевич Журавленко.  Вот как он говорил о пении: «Звук нужно сначала представить, услышать его, а потом уже начинать петь». Хор «Vivat» исполнял а саpella трудные партесные произведения, для которых к тому же было трудно достать ноты и размножить их, и хористы сами писали партии себе вручную. Не то, что сейчас, когда есть интернет и компьютеры, и можно без труда распечатать себе имеющиеся ноты. Я очень благодарен своей сестре – она всегда старалась привить мне вкус к классической музыке. В консерватории было принято преподавателям давать концерты.  Алёна всегда приглашала меня на свои фортепианные концерты, где она с другими преподавателями (Е.В. Гладилина, Н.Д. Юрыгина, Е.С. Карпинская) давала концерты для 4 и для 8 рук! Музыкальная атмосфера была замечательная. Вот как писал о моей сестре её преподаватель профессор Л. Н. Наумов: «Отличный музыкант с безупречным вкусом, с широким кругозором: она прекрасно играла и классику, и романтику, и современную музыку. Ее исполнение отличалось тонкой музыкальностью, красивым звуком, совершенством формы». Иногда Алёна приглашала меня и на свои хоровые выступления с хором «Vivat». Однажды это было даже в храме Вознесения в Коломенском, куда сейчас никого не пускают!

Моя троюродная сестра Ева (Ева Стефановна Радваньска) доктор медицинских наук PhD, автор книги “Помощь женщинам и матушке-природе”. Она родилась в Польше, так как семья бабушки Анастасии Корниловны была разделена во время Первой мировой войны. Часть ее братьев и сестер оказались в Польше, а часть в России.

После школы я поступил на факультет прикладной математики в Московский  институт электронного машиностроения (МИЭМ), ну и конечно, студенты много пели под гитару. Мы приглашали также выступать в институте известных бардов.Мне всегда нравились бардовские песни. В нашей студенческой группе  мой приятель  профессионально увлекся фотографией. Он делал замечательные портреты своих сокурсников, сделал и мой портрет.  Потом через много лет, когда мы собрались у него попеть под гитару, ему пришла в голову идея сфотографировать меня, держащего свой собственный портрет. Появился двойной портрет. Прошло ещё много лет и меня снова сфотографировали уже с двойным портретом и подарили на день рождения. Ну, а уже для этого эссе я сфотографировал себя сам с тройным портретом. Мне показалось это будет любопытно в историческом разрезе.Кому интересно, может посмотреть на фото по этой ссылке.

После окончания МИЭМ я работал в радиотехническом институте, занимался математическими алгоритмами в радиолокации. Написал и защитил кандидатскую диссертацию: Обнаружение целей в помехах типа «ангелы». Потом настала перестройка, всё пришло в движение. Мои знакомые из вычислительного центра (ВЦ) Академии наук организовали компанию «Информатик», которая разрабатывала программы проверки русской орфографии. Так я стал работать в ВЦ Академии наук и резко сменил профиль. Хотя прикладная математика везде одинакова и ей везде интересно заниматься. Компания стала разрабатывать и другие программы для русского языка: словари, проверку грамматики и стилистики и прочее. В 90-х и 2000-х годах наши программы лицензировала компания Microsoft для использования в своих программах.

Потом настала эпоха нейросетей и искусственного интеллекта (ИИ). Этим также пришлось заниматься в разных компаниях. Последнее место моей работы было в Яндексе. Там был передний край разработок в искусственном интеллекте.  Что-то нам с собой принесёт ИИ? – загадка, и не всё так очевидно. Хотя ИИ показал свою мощь, но его повседневное употребление внушает опасения, что он может выйти из-под контроля. Результатом обучения нейронной сети является огромная матрица из коэффициентов, и никто не знает, что означает каждый коэффициент, и на что он может повлиять. Искусственный интеллект, использующий нейросети – это не просто какая-то мода в математике. У него есть строгое теоретическое обоснование – теорема Колмогорова-Арнольда.

Но наука не стоит на месте. На смену обычным нейросетям, которые дают решение задачи, но не объясняют сути, приходят другие сети, которые показывают, почему нужно  то или иное  решение.  Возможно, мы стоим на пороге новой эры в развитии искусственного интеллекта — эры, где машины не только дают ответы, но и помогают нам понять, почему эти ответы верны. Хотя… насколько можно будет верить этим «правдоподобным» объяснениям – непонятно. Раньше у нас было представление, что искусственный интеллект заменит людей на рутинных работах. Но, оказывается, ИИ стал заменять человека в интеллектуальных областях, например, ИИ заменит программистов. В общем, я ушел из прикладной математики и программирования тогда, когда эта область стала отходить к ИИ.

После ухода из прикладной математики и программирования, у меня появилось много свободного времени, самый раз более плотно заняться любимым делом – музыкой. Я пошел на курсы игры на гитаре к замечательному музыканту – Владимиру Макарычеву. Как-то на одном из занятий Владимир предложил спеть что-нибудь под гитару. Я спел, ему понравилось, и он позвал меня петь в АкадемХор, в котором и сам пел в то время. Мне было страшно, я ведь не профессиональный музыкант. Но Владимир поверил в меня, поверил, что я освою нотную грамоту и привел меня в Центральный дом ученых на Пречистенку в Академический хор.

Помню, когда я ещё был школьником, отец иногда брал меня с собой в Центральный дом ученых на разные научные секции – приобщал к науке. Он сам был учёным с широкими интересами в различных областях науки, связанных с химией и физикой. У него было огромное количество авторских свидетельств. Он часто бывал в доме учёных, где встречался со специалистами и обсуждал с ними свои идеи. Помню, он как-то взял меня с собой на выступление физика-ядерщика Виталия Иосифовича Гольданского, а после они с академиком Кедровым обсуждали философские проблемы химии, сидя в ресторане Дома учёных. Я тоже сидел и слушал их разговор.  Бонифатий Михайлович спросил меня: «Что такое лестница?». Когда я вместо ответа изобразил лестницу рукой, он сказал, что многие вещи легче показать, чем дать определение.

И вот, после многих лет, я снова пришел в ЦДУ, пришел в Академический хор, который репетирует в одном из самых необычных домов Москвы – Доме учёных на Пречистенке. Когда только входишь в это здание, сразу настраиваешься на высокий лад. Дом учёных поражает своим убранством. Посетители постоянно фотографируются в его роскошных интерьерах.

Владимир Макарычев, приведя меня в хор в марте 2023 г., неожиданно объявил, что я — известный тенор, чем вверг меня в ступор. Я стал ждать, когда меня разоблачат и с позором выгонят. Но хористы отнеслись с пониманием, когда я сказал, что это шутка, и я даже плохо знаю нотную грамоту. Стали меня успокаивать и говорить, что всему этому можно научиться, что мне в этом помогут. В то время Художественным руководителем хора была Любовь Андреевна Боброва. Она проверила меня и после прослушивания сказала, что я «хорошо интонирую». Я понял, что попал в очень хороший коллектив, где мне захотелось остаться.

Моя двоюродная сестра Елена Михайловна Соколова, опытный педагог и музыкант, тоже стала мне помогать. Она говорила: «Нужно купить инструмент, чтобы проигрывать партии, надо считать и дирижировать себе во время разучивания.  Все оркестранты в оркестре всё время считают, ведь дирижер может и не махнуть палочкой вовремя».

В сезоне 2023-2024 художественным руководителем АкадемХора стала Екатерина Зотова. Она также неоднократно говорила хористам, что звук нужно сначала представить, услышать его, а потом уже начинать петь.

Сезон 2024-2025 является для коллектива Юбилейным. Хору исполняется 55 лет со дня основания. Готовится репертуар для концерта. Среди новых произведений хор репетирует «Полонез», муз. М. Огинского на сл. В. Шарапова. В этом произведении есть слова: «Там на холме высокий храм, к нему я в детстве бегал сам, любил смотреть в глаза святым на образах и ангелы, летая, улыбались в белоснежных куполах, и слышались под сводами чарующие звуки Благовеста». В это время я часто думаю о своей сестре Галине Анатольевне и ее талантливом ученике Константине Мишуровском. Вот как он писал об искусстве колокольного звона: «Музыкальное образование для звонаря не обязательно, но желательно. Знание нот вторично, главное — чувство ритма.  Это синтетическое искусство, напоминающее танец: сначала движение, потом удар. Надо заставить колокол «дышать». Один удар сильнее, второй слабее, третьим догнать первый… Это невозможно выразить в нотах. Есть определённый темп, оптимальный для колокола. Выдал волну, а за ней — следующую».

В АкадемХоре царит замечательная творческая атмосфера. В коллективе есть Актив хора, все члены которого много работают на его благо. Среди них можно выделить Елену Юрьевну Полукарову, Галину Александровну Туник и др. Я чувствую, что выбрал правильный путь, присоединившись к АкадемХору! Меня поддержали мои близкие – жена Людмила и дочь Ольга. Жена даже стала брать уроки фортепиано у моей сестры Алёны. Когда-то в детстве Людмила проучилась несколько лет в музыкальной школе по классу аккордеона, и теперь с удовольствием вспоминает музыкальную грамоту. Заодно помогает мне разбираться с музыкальными тонкостями.Есть ещё одна причина, по которой хочется заниматься в хоре – это чудесная волшебная полифония, которую можно услышать во всей полноте, только находясь внутри поющего хора!

1. Выступление Академического хора в ЦДУ. Дирижер — Художественный руководитель Екатерина Зотова, концертмейстер Дарья Пикутская.16 января 2024.

Редактор Татьяна Королева, декабрь 2024 г.